Шрифт:
— Знаешь, нам, наверное, не стоит пользоваться главным входом. Отстанем-ка мы от основной группы, — поделился он своими мыслями с Джордино.
— Я давно подозревал, что у тебя нет тяги к коллективизму, — заметил Джордино. — Как поступим?
— Сам не знаю. Но нас не должны обнаружить — это точно.
Джордино пристально осмотрел вход, мысленно прикинул
имеющиеся возможности.
— Кроме проблем с машиной, ничего в голову не приходит, — сказал он.
— Да? Ну, спущенная шина очень бы нам подошла.
— Считай, она у нас есть.
Выскользнув из пассажирской двери, Джордино, пригибаясь, подполз к заднему колесу, быстро снял со штуцера колпачок и надавил на клапан. Затем он вставил в отверстие заготовленную спичку и немного подождал, пока воздух с тихим свистом не вышел из камеры. В считанные секунды она стала плоской как блин. Затем Джордино так же быстро навернул колпачок и бросился назад в кабину. Не успел он усесться поудобнее, как металлические ворота распахнулись и машины тронулись внутрь комплекса.
Питт двинулся вслед за машинами, но как только проехал ворота, сразу же остановился. Один из охранников строго посмотрел на него. Питт ткнул пальцем в спущенную шину, стражник пристально осмотрел ее и кивнул. Гортанно прокричав что- то по-монгольски, он сделал знак Питту свернуть направо.
Однако Питт проехал за кортежем еще несколько ярдов, демонстративно хлопая шиной и внимательно изучая комплекс. Впереди стояло мраморное здание, богато украшенное резьбой, а перед ним был разбит небольшой сад. Питт понятия не имел о том, что представлял собой несколько веков назад настоящий Сяньду, но увиденное им строение выглядело по-своему великолепно. Китайскому министру был оказан торжественный и зрелищный прием — впереди кавалькады, направлявшейся к главному входу, украшенному портиком, шли два белоснежных коня. На одном из девяти длинных шестов возле короткой лестницы трещал на ветру китайский флаг. С остальных, заметил Питт, свисали длинные куски белого меха, напоминающие лисьи хвосты. Пока машины подъезжали к главному входу, Питт попытался определить встречающих — кто же Боржин, но поскольку находился далеко от здания, не смог даже рассмотреть лиц.
— Татьяны среди участников приветственного комитета, случайно, нет? — пробормотал он себе под нос, выруливая вправо, к скромному строению.
Джордино прищурился, сквозь ветровое стекло разглядывая выстроившихся возле лестницы хозяев.
— Вижу одну женщину, но она это или нет — затрудняюсь сказать точно, — отозвался он.
Питт подвел машину к гаражу, затормозил и въехал в ворота. В закрытом помещении хлопки шины по бетону стали слышны громче. Питт остановился возле отдельного бокса, вдоль стен которого расположились стеллажи с инструментом. К машине бежал механик в промасленном комбинезоне и красной бейсболке, надетой козырьком назад, и, размахивая руками, что-то кричал Питту, но тот на все его манипуляции лишь дружелюбно улыбался и кивал.
— Пуфф-пуфф, — сообщил он приблизившемуся механику.
Тот обошел капот машины, оглядел проделанную Джордино работу и, явно оставшись ею доволен, поднял голову, посмотрел на Питта и тоже кивнул. Затем он повернулся, ушел в глубь бокса и вскоре вернулся с домкратом.
— Неплохо было бы прогуляться, — сказал Питт, вылезая из машины.
Джордино последовал за ним. Они направились к дверям, остановились, показывая, что будто бы хотят просто поразмять ноги, пока механик станет возиться с камерами. Тот, мельком взглянув на них, начал домкратом поднимать машину. Однако вместо того, чтобы с интересом наблюдать за его работой, Питт и Джордино все свое внимание сконцентрировали на гараже. В передней его части выстроилось несколько полноприводных внедорожников последних моделей, за ними темнели грузовики и какая-то землеройная техника. Джордино, поставив ногу на мини-трактор с небольшой сенокосилкой, изучающим взглядом рассматривал запыленный серый автофургон.
— Автофургон, — тихо произнес он. — Очень напоминает тот, что мы видели с тобой на Байкале.
— Действительно напоминает, — согласился Питт. — А что скажешь насчет этого? — ткнул он пальцем в стоявший рядом с автофургоном тягач с открытым кузовом, с которого свисали кусок брезента и веревки.
Джордино перевел взгляд с автофургона на тягач, затем обратно.
— Ты хочешь сказать, мы пришли точно по адресу?
— Очень может быть, — ответил Питт. Он осмотрел прилегавший к гаражу двор и кивнул в сторону соседнего здания: — Зайдем туда, посмотрим. Как я понимаю, мы с тобой временно пользуемся дипломатической неприкосновенностью.
Они уверенно, словно знали, куда и зачем идут, зашагали к стоявшему рядом кирпичному зданию, миновали погрузочно- разгрузочную площадку и исчезли за стеклянной входной дверью. Питт ожидал увидеть холл, что-то вроде приемной, но вместо этого перед ними открылось просторное помещение, похожее на цех или склад, за которым располагался коридор. На столах лежало какое-то оборудование, повсюду валялись печатные платы, за одним из столов сидели двое мужчин в белых антистатических халатах. Один из них, с маленькими птичьими глазками за очками в тонкой круглой оправе, остановился и подозрительно оглядел Питта и Джордино.
— Туалет? — произнес Питт по-русски слово, выученное в Сибири.
Мужчина еще пару секунд изучающее разглядывал его, затем кивнул в сторону коридора.
— Туда и направо, — ответил он тоже по-русски и, опустившись на стул, снова взялся за паяльник.
Питт и Джордино прошли мимо сидящих и свернули в коридор.
— Поразительные языковые способности, — деловито произнес Джордино.
— Завидуешь? Это одно из пяти слов, которые мне удалось запомнить, — похвастался Питт. — Просто вовремя вспомнил, как Корсов говорил, что большинство монголов немного понимают по-русски.