Инспектор Креддок оглядел большую, убого обставленную комнату. Она напомнила ему родной дом в Кумберленде. Сама мисс Хармон, ее рассеянный неряшливый вид и открытое лицо показались ему симпатичными.

Она тут же простодушно сказала:

— От меня вам не будет никакого проку, потому что я зажмурилась. Ненавижу, когда мне светят в глаза. А когда раздались выстрелы, я зажмурилась еще крепче. И молилась, да, да, молилась, чтоб убили как можно тише. Мне не нравится, когда стреляют.

— Стало быть, вы ничего не видели, — улыбнулся инспектор, — но что-нибудь вы же слышали?

— Шума, конечно, было много. Двери открывались и закрывались, все говорили глупости и ахали, Мици ревела почище паровозного гудка, а бедняжка Банни верещала как резаная. И все толкались и падали друг на друга. Но я открыла глаза, только когда поняла, что выстрелов вроде бы больше не будет. Все уже вышли в холл, принесли свечи. А потом зажегся свет и все сразу стало как обычно… то есть не совсем как обычно, но мы — это опять были мы, а не какие-то странные люди в темноте. Ведь в темноте люди совсем другие, да?

— Мне кажется, я понимаю, о чем вы говорите, мисс Хармон.

Мисс Хармон улыбнулась.

— Он лежал там, — сказала она, — он был так похож на ласку… такой розовый и удивленный, он был совсем мертвый, а рядом валялся его пистолет. Это показалось всем таким нелепым…

Креддок положил на стол начальника отпечатанный на машинке текст допросов. Тот держал в руках телеграмму, только что полученную от швейцарской полиции.

— Выходит, в полиции он был на заметке, — сказал Райдесдейл, отложив телеграмму.

— Да, сэр.

— Драгоценности, махинации с бухгалтерскими книгами, с чеками… Настоящим проходимец.

— Да, сэр, мелкий жулик.

— Вот-вот. Но малое влечет за собой и большое.

— Будем надеяться, сэр.

Начальник полиции поднял глаза.

— Чем-то обеспокоены, Креддок?

— Да, сэр.

— Чем же? Все ведь ясно как божий день. Или нет? Ну-ка посмотрим, что нам расскажут ваши свидетели.

Он придвинул к себе рапорт и начал быстро читать.

— Ну, как обычно… масса несовпадений, противоречий. Воспоминания разных людей о стрессовой ситуации всегда разные. Но в целом картина ясная.

— Знаю, сэр, однако она не совсем ясная. Хотите знать, что я имею в виду? Она неверная.

— Ладно, обратимся к фактам. В пять часов двадцать минут Руди Шерц сел на автобус, идущий из Меденхэма в Чиппинг Клеорн и прибыл туда в шесть часов. Его запомнили кондуктор и два пассажира. От автобусной остановки он пошел пешком по направлению к Литтл Педдоксу. Без труда проник в дом, вероятие, через парадный вход. Он был вооружен, выстрелит дважды, одна из пуль слегка задела мисс Блеклок, затем третьим выстрелом он убил себя; за недостаточностью улик мы не можем сказать, сделал он это намеренно или случайно. Согласен, что причины самоубийства малоубедительные.

Но в общем-то мы с вами не призваны отвечать на вопрос «почему?». Коллегия присяжных решит, признавать это самоубийством или расценить как несчастный случай. Но каким бы ни было их заключение, нам все равно. Мы можем поставить точку.

— То есть схватиться за соломинку психологии полковника Истербрука, — мрачно сказал Креддок.

Райдесдейл улыбнулся.

— У полковника богатый опыт. Правда, меня тошнит от модных ученых словечек, но нельзя же совсем сбрасывать психологию со счетов.

— И все-таки я чувствую, что картина неверная, сэр.

— У вас есть основания полагать, что кто-то из Чиппинг Клеорна лжет?

Креддок колебался.

— Мне кажется, иностранка знает больше, чем говорит. Но, может, это мое предубеждение против нее.

— Вы думаете, она действовала с ним заодно? Впустила его в дом? Подговорила?..

— Это вполне в ее духе. Но тогда, значит, в доме есть какие-то ценности, деньги или украшения, а похоже, это не так. Мисс Блеклок, во всяком случае, решительно отрицает. И остальные тоже. Остается предположить, что в доме были какие-то ценности, о которых никто не знал…

— Сюжет для бестселлера.

— Согласен. Это смешно, сэр. И последнее: мисс Баннер почему-то уверена, что Шерц пытался убить именно мисс Блеклок.

— Ну, из того, что вы о ней рассказали, и из ее собственных показаний похоже, эта мисс Баннер…

— Согласен, сэр, — быстро вставил Креддок, — она ненадежный свидетель. Чрезвычайно внушаема. Ей можно вбить в голову что угодно… но как раз интересно, что это ее собственные домыслы, не чьи-нибудь, а ее собственные. Остальные не разделяют ее мнение. Первый раз в жизни она поплыла против течения.