Однако и там мне не дали покоя. Как только я заснул, передо мной предстали личные покои Гигеи, в которых мы с ней когда-то лечили Януса.

— Поздравляю с переездом, Алексей, — улыбнулась богиня.

— Ну началось… У меня сегодня будет шанс выспаться или нет? — прямо спросил её я.

— Не беспокойся, я ускорила твой сон. В качестве награды за всё, что ты сделал для нашего общего дела. Завтра ты проснёшься полным сил, — сказала она. — И с зачатком нового витка.

— Ты ведь проникла в мой сон не только для того, чтобы похвалить за мои успехи? — спросил я. — Я ведь тебя знаю. У тебя есть ко мне какое-то дело.

— Есть, Алексей, — кивнула Гигея. — Твои изобретения, лекарственные препараты, завод — всё это продвигало меня выше к пустующему трону лекарей. А тебя этот процесс усиливал через клятву. Но скоро нас с тобой будет ждать стремительное падение. Поскольку изобретения тебе больше не принадлежат.

— На этот счёт не переживай. Я разберусь с Щеблетовым и верну свою долю в патентах, — сказал я.

— Проблема в том, что у тебя на это всего лишь пять дней, — сказала Гигея. — И я никак не могу на это повлиять. Если за это время патенты и завод не вернутся под твой контроль, я ослабну, а часть твоих витков завянет.

— Как всегда, прелестные новости, — с сарказмом сказал я. — Ничего. Пяти дней мне с головой хва…

Я резко вскочил с кровати. В окна уже струились лучи солнечного света. Видимо, Гигея погрузила меня в сон без предупреждения. Но оно и к лучшему. Чем лишний раз разглагольствовать с богиней, лучше качественно выспаться!

Оставив Токса и Доброхота сторожить квартиру, я вышел в коридор и тут же наткнулся на молодую девушку в длинных кожаных сапогах и чёрном официальном костюме. Пожалуй, это была первая женщина, увиденная мною, которая не носила роскошных платьев.

Но эта блондинка — явно из дворянского рода. Я чувствую, как от неё веет магией. Только не могу сказать, какой конкретно.

— О! Доброе утро! — прищурив голубые глаза, поприветствовала меня она. — Выходит, мы теперь соседи. Светлана Георгиевна Бронникова. Лекарский инженер местного ордена.

Бойкая, однако! Представилась первой, чего обычно не дождёшься от стандартных аристократок. Так ещё и инженер? Любопытно. Мне казалось, что в девятнадцатом веке это — чисто мужская профессия.

— Рад знакомству, — кивнул я. — Алексей Александрович Мечников. С сегодняшнего дня заступаю на должность преподавателя в лекарской академии.

Я предполагал, что она обо мне слышала. Но не думал, что реакция будет именно такой.

Бронникова выронила сумку, затем резко шагнула мне навстречу и восторженно воскликнула:

— Так это вы! Вы! Я уже несколько месяцев работаю исключительно по вашим чертежам! Мне доверили собирать ваши аппараты. Поначалу получалось плохо, но я уже наловчилась! У меня даже есть группа студентов, которые в свободное от занятий время занимаются сборкой ваших тонометров, фонендоскопов и прочих изобретений…

Я даже слово не мог вставить. Светлана тараторила так, будто запас воздуха в её лёгких бесконечен.

Однако нашу беседу прервал ещё один человек. За моей спиной раздался знакомый мужской голос.

— А вот и Мечников. Как я посмотрю, вы уже и в Саратове успели собрать своих последователей?

Я заметил, как исказилось лицо Бронниковой. Девушка, похоже, совсем не желала компании этого человека.

Обернувшись, я обнаружил, что в коридоре стоял не кто иной, как Владимир Мансуров.

Человек, который проиграл мне в дуэли несколько месяцев назад. И судя по хищному выражению его лица, Владимир жаждал отыграться.

— О-о, какая встреча! — увидев Владимира Мансурова, воскликнул я. — Мой старый коллега. Сколько лет, сколько зим… Я уж думал, что больше вас никогда не увижу.

— Хотел бы я надеяться на последнее, Мечников, но, к сожалению, судьба бывает жестока, — хмыкнул барон.

— Эм… Господа, уж простите, что ввязываюсь в ваш разговор, — решила не церемониться Светлана Бронникова. — Но в чём тут дело? Не совсем понимаю ваши полунамёки. Вы — старые друзья?

— Разумеется. Лучшие друзья! — заявил Мансуров.

Ага… Быстро же ты решил реабилитироваться. Видимо, побоялся, что перед коллегами из академии не стоит показывать наших настоящих взаимоотношений. Вот только уже слишком поздно.

— Да ну? Правда «лучшие»? — усмехнулся я. — Это с каких пор? Уж не с той ли самой дуэли?

Мансуров раздражённо прорычал и тут же закончил разговор. Решил пройти мимо меня, но я сразу же заметил, что барон зачем-то решил задеть меня своим плечом.

Ох, какой же это дешёвый способ показать свою доминантность… Я думал, что так поступают только простолюдины. Причём умственно отсталые. С подтверждённым диагнозом о слабоумии. А тут подобные выкрутасы выдаёт человек с титулом барона.