ко я понимаю, закономерности работы Установки не очень-то

ясны даже специалистам...

Генеральный директор понимающе кивнул.

— Об этом уже думали. Была экспертная специальная комис

сия, она проанализировала все, что передала Установка. Мне

ние 1авторитетных ученых едино: фрагменты, воспроизведенные

на экране, действительно были фрагментами из будущего.

В кабинете снова стало тихо. Потом зашевелился Крылов, и у него вдруг вырвалось:

Невероятно! Чем больше об этом думаешь, тем более не

вероятным все это кажется. Сведения из будущего... о нас!

Невероятно! — генеральный директор выпрямился и от это

го стал еще выше. — Невероятно то, что первая же передача

из будущего принесла информацию о нашем полете как раз

накануне его.

С высоты своего огромного роста он смотрел на пятерых людей, сидевших перед ним.

— Невероятно! — еще раз повторил хозяин кабинета, и голос

его был тяжелым, усталым. — Но наше дело сейчас не обсуж

дать этот невероятный факт, не удивляться ему, а подумать, что

делать дальше.

Под Ивашкевичем скрипнуло кресло. Крылов оторвал, наконец, взгляд от пола и стал смотреть в окно.

— А теперь, — сказал хозяин кабинета глухо, — когда мы

знаем о том, — он кашлянул, —• вернее, когда мы можем дога

дываться о том, что экспедиция окажется крайне тяжелой, мо

жет быть, драматической, должен прежде всего сказать вам, как

человек, облеченный высшей властью в космофлоте, что каждый

из вас теперь., может теперь... отказаться от участия в ней.

Под Ивашкевичем скрипнуло кресло. Генеральный директор внимательно посмотрел на него.

— Вас за это никто не осудит. Раньше по неписаным законам

космофлота вы не могли отказаться от участия в экспедиции,

теперь сделать это вы вправе... Что скажете вы, Ивашкевич?

Ивашкевич поднял голову, но ничего не ответил. Казалось, что тишина . в кабинете густеет.

Андрей потер ладонями виски. Он ощутил, страшную усталость, подумал вдруг, что экспедиция на Теллус — это лотерея, и которой из пяти билетов выигрывает только один. Только од-

67

ному суждено дойти до конца и понять, ради чего он прошел. этот путь. Кому?..

— Но ведь следующая экспедиция на Теллус может состоять

ся только через двести сорок семь лет! — неожиданно резко

сказал Крылов.

Генеральный директор медленно качнул головой.

— Да, через двести сорок семь лет.

Лицо его вдруг изменилось, будто его поразила новая, совершенно неожиданная мысль. Некоторое время он словно бы взвешивал ее в уме, а потом медленно, с какими-то странными интонациями, понизив голос еще больше, сказал:

— Вы знаете, что это может значить? Если сегодня мы отка

жемся от экспедиции на Теллус, значит, информация из будуще

го относится не к нашей, а кследующей экспедиции. К той, ко

торая состоится двести сорок семь лет спустя.

Все задвига'лись, возбужденные. Пороховник щелкнул пальцами. Пономарев улыбнулся, а генеральный директор искоса, с каким-то странным выражением посмотрел на Сережу Крылова.

Неслышно через кабинет прошла секретарша и положила на стол пластиковую папку с крупным грифом «Очень срочно!». Генеральный директор отодвинул папку, не заглядывая в нес, и встал.

— Ну что же, — сказал он. — Немедленного ответа я не жду.

Подумайте. Приходите ко мне, как решите. Хоть вместе прихо

дите, хоть по отдельности.

VII

«Он остался один... остался один... остался один...» Андрей открыл глаза. Плотно сдвинутые портьеры создавали в номере космогостиницы полумрак. Подошла Нина и села рядом, положила руку ему на лоб.

Значит, я заснул?

Ровно на двадцать минут, — слазала Нина. — Пока я стоя

ла у окна и смотрела, как начинается дождь.