— Короче говоря, — наконец сказал Дэвид, — ты энтузиаст, старик. Ты веришь в ту страну, потому что разбогател там.

— Ничего подобного! Я верю в ту страну, потому что она стоит того, чтоб в нее верили!

— Пол-унции культуры на квадратную милю.

— А может, и еще меньше. Но культура для меня — роскошь, а не то, без чего жить невозможно. Если в тебе течет та же кровь, ты согласишься со мной! Однако не собираюсь уговаривать тебя ехать со мной на Запад, так же как не уговариваю поверить, что Команч — не чистокровный волк!

Дэвид коротко рассмеялся.

— Скажу тебе, что я сделаю, — заявил он. — Даю слово поехать с тобой на Запад, на твое ранчо, и попытаюсь полюбить тамошнюю дикую жизнь. Однако это произойдет не ранее, чем я увижу храбреца, который положит руку на голову Команча — когда пес будет без намордника!

Опять наступило молчание. Команч притих. Но вдруг из большого квадратного строения на острове Блэкуэлл раздался внезапный взрыв криков. Братья знали, что это тюрьма.

Эхо залпов повторилось несколько раз.

До них доносились далекие голоса, отдающие приказы, и короткие ответы. Потом по черной глади Ист-Ривер заскользил огромный слепящий глаз прожектора.

— Кто-то сбежал, — сказал Эндрю Эпперли. — Какой-то бедняга сумел вырваться оттуда и сейчас уже на воле. Вон идет один из сторожевых катеров!

Они увидели длинный темный корпус, вспарывающий воду. Множество искр рассыпалось вокруг трубы быстро идущего судна, и позади него шлейфом белела пенная дорожка.

— У охранников достаточно всего, чтобы бедолаге очень скоро стало жарко, — заметил Дэвид, когда они с братом подошли к борту яхточки. — Там впереди что, пулемет Гэтлинга?

— Да, и еще один сзади.

— И они могут стрелять быстрее и точнее, чем ваши западные головорезы?

— Не знаю, — спокойно ответил Эндрю. — Я видел парня, который орудовал парой кольтов так, что от начала до конца слышен был только один сплошной треск. Эй, смотри-ка, они что, засекли его?

Сторожевой катер резко развернулся и пошел против течения, вздымая по бокам высокие острые волны. Братья видели, что люди в форме, с блестящими винтовками в руках столпились на носу быстроходного катера.

В то же время прожектор на судне и прожектор на тюремной вышке сошлись в одной точке на поверхности реки, и два наблюдателя на яхточке отчетливо увидели голову пловца, с трудом преодолевающего течение.

— Они его засекли, — сказал Эндрю Эпперли.

— Вот рисковый малый! — восхищенно воскликнул Дэвид. — Он не сдается. Слушай, Энди, он что, плывет прямиком вон к тому пассажирскому кораблю?

Громада Бостонского пассажирского скользила по течению, и, к восторгу братьев, пловец повернул и устремился наперерез курсу быстроходного корабля.

— Он или вырвется, или умрет! — воскликнул Эндрю. — У этого парня стальная воля, Дэйв. Смотри, катер его догнал! Команч, спокойно!

Огромный пес издал яростный вой и бешено рванулся, оборвав цепь. В тот же миг беглый заключенный нырнул прямо под скоростной катер, и большой корабль прошел мимо него.

— Он погиб! — воскликнул Эндрю Эпперли. — Жуткое зрелище, брат!

— Скорее всего, это убийца, — спокойно сказал Дэвид. — Он собственной рукой совершил ту кару, которую не пожелал принять от закона. Нам не стоит расточать сожаления по поводу такого человека, каким он, наверное, был. Посмотри, как суетится сторожевик: наверное, желает убедиться, что беглец и вправду погиб!

Пассажирский корабль тем временем прошел мимо, и высокая кильватерная волна от него подбрасывала яхту братьев вверх-вниз, а сторожевой катер все еще сновал и сновал по реке, разыскивая смельчака. Но явно безуспешно. И слепящий луч тюремного прожектора заметался еще быстрей, направляя временами яркий свет прямо в глаза братьев.

— Почему вдруг притих Команч? — спросил наконец Дэвид, прислушиваясь к воцарившейся на яхте тишине.

— Кстати, где же пес? Господи, он оборвал цепь!

Цепь лежала тут же, на палубе, как дохлая змея. Видимо, она порвалась прямо у ошейника, когда здоровенный зверь натянул ее и рванулся к свободе.

— Осмотри палубу! — быстро сказал Эндрю Эпперли.

Он поспешно сбежал вниз. Но почти сразу вернулся; лицо его было мрачно.

— Команч, должно быть, уже добрался до берега, — предположил Эндрю.

— Мы видели его в последний раз. Он промчится сквозь город как молния и выскочит на простор. Говорю тебе, Дэйв, лучше потерять десять тысяч долларов, чем этого монстра. Сдается мне, что мы его никогда больше не увидим!

— Вот и слава Богу, — ответил Дэвид. — Но не лучше ли нам будет сообщить о его побеге на берег? Дикий бешеный волк несется по улицам…