Да. Кийа жаждала власти, причем не меньшей, чему Нефертити. Почему живая и здоровая Нефертити вдруг «сдала» власть простолюдинке?.. О том, что истинная царица была жива и здорова, свидетельствуют другие ее изображения — в возрасте, когда явно видны следы старости. Почему Нефертити вела себя так, будто ничего не происходило?.. Все это удивительно не только на первый взгляд. Многоженство в Древнем Египте было делом обыкновенным. Особенно среди фараонов. Но случая, чтобы вторая или пятидесятая жена возвысилась над первой, да еще исконной царицей, пожалуй, не было. В чем дело?

Борьба жрецов с Аменхотепом IV (Эхнатоном) закончилась какой-то неразгаданной тайной — возможно, даже сговором.

Неизвестно, какую силу имела в государстве царица Нефертити. Скорее всего, громадную. Был пример до нее, был и после нее (Анхесенамон, жена фараона Тутанхамона, — по крайней мере на «картинках», сочиненных то ли художниками, то ли жрецами). Мы незнаем, где ее могила. Как, впрочем, и где могила Кийа. Может, разрушенный и на много веков забытый город Ахегатон когда-нибудь откроет одну из этих тайн?

Загадки гробницы Тутунхамона

Лорд Карнарвон, типичный английский аристократ, был человеком увлекающимся. Страстный охотник, потом любитель дерби, затем спортсмен-автомобилист, поклонник аэронавтики, оказавшись из-за болезни лишенным всех прежних увлечений, он обратился к своему другу, директору египетского отдела в Британском музее У. Баджу, с просьбой по-

советовать какое-либо интересное занятие, где не требуется физических усилий. Полушутя У. Бадж привлек внимание лорда Карнарвона к египтологии. А заодно подсказал имя Говарда Картера — молодого профессионального археолога, работавшего с известными учеными Питри и Дэвисом. То же имя назвал ему и Г. Масперо, директор Египетского музея в Каире…

Удивительным стечением обстоятельств и блестящим совпадением двух рекомендаций начинается эта история.

Теодор Дэвис, открывший много царских гробниц, имел концессию на раскопки в Долине царей. В 1914 году, считая, что вся Долина уже перекопана и вряд ли возможна какая-либо серьез* ная находка, Дэвис отказался от концессии в пользу Карнарвон на. И Масперо предупредил лорда, что копать в Долине царей — дело безнадежное и дорогостоящее. Но английский безумец верил в одержимость Г. Картера! Тот хотел во что бы то ни стало откопать гробницу Тутанхамона. Он почти вычислил ее местонахождение! Дело в том, что в разное время, работая с Дэвисом, Картер нашел фаянсовый кубок из гробницы, изломанный деревянный ларец с золотыми листочками, на которых начертано имя Тутанхамона, и глиняный сосуд с остатками льняных повязок — их забыли жрецы, бальзамировавшие труп фараона. Все три находки указывали на то, что гробница рядом, что она не расхищена, как многие и многие усыпальницы египетских царей.

Вид Долины царей произвел на лорда Карнарвона впечатление удручающее. Дно котлована было завалено гигантскими грудами щебня и обломками и зияло черными провалами вскрытых и ограбленных могил, высеченных в подножиях скал. С чего же начать работу? Неужели ворошить весь этот щебень?..

Но Картер знал, с чего начать. Он провел по плану котлова-натри линии, соединяющие точки трех находок, и обозначил, таким образом, треугольник поисков. Он оказался не очень большим и находился между тремя могилами —- Сети (I, Мернепты и Рамзеса VI. Археолог оказался настолько точным, что первый удар кирки пришелся как раз над тем местом, где находилась первая ступенька лестницы, ведущей в гробницу Тутанхамона! Но об этом Говард Картер узнал лишь спустя долгих шесть лет — вернее, шесть археологических сезонов, в течение которых шла расчистка завалов щебня.

В первый год Картер наткнулся на остатки неизвестных стен. Оказалось, это руины домов, где жили резчики, каменотесы и художники, занятые работой над царской гробницей. Стены стояли не на скальном грунте, а на щебне, извлеченном из скалы во время строительства гробницы Рамзеса VI. Уважив последнего, Картер решил отодвинуть свою славу на шесть лет: он перенес раскопки щебня, оставив руины стен нетронутыми. К этому его подвигло желание не мешать многочисленным экскурсиям, ибо раскопки загромоздили бы и без того узкий проход к уже открытой и обследованной гробнице Рамзеса.

Наконец, намеченный к расчистке треугольник был полностью освобожден от щебня. Однако следа искомой могилы археолог не обнаружил. Карнарвон, вложивший множество средств в это рискованное мероприятие, склонен был отказаться от задуманного. Больших усилий отчаявшемуся археологу стоило уговорить лорда продолжить поиски — «всего один сезон». Умеющий уговаривать Картер убедил аристократа. Вот записи из его дневника:

«Началась наша последняя зима в Долине. Шесть сезонов подряд мы вели здесь археологические работы, и сезон проходил за сезоном, не принося результатов. Мы вели раскопки месяцами, трудились с предельным напряжением и не находили ничего. Только археологу знакомо это чувство безнадежнои подавленности. Мы уже начали мириться со своим поражением и готовились оставить Долину…»

3-го ноября 1922 года рабочие стали сносить стены бараков, оставленные Картером в 1917-м. Снося стены, они убирали и метровый слой щебня, находившийся под ними.

Ранним утром 4 ноября над Долиной вдруг установилась интригующая тишина. Картер немедленно помчался туда, где возле свежей ямы столпились рабочие. И он не поверил своим глазам: из-под щебня показалась первая ступенька, высеченная в скале.

К ним вернулся энтузиазм, и работы ускорились. Ступень за ступенью продвигалась группа к основанию лестницы. Наконец, вся лестница была свободна, и показалась дверь, заложенная камнями, замурованная и снабженная двойной печатью. Разглядывая оттиски печати, Картер с огромной радостью обнаружил царскую ее принадлежность: некрополь с изображением шакала и девяти пленных. Уже это давало надежду, что грабители не добрались до гробницы. Само ее расположение и обстоятельства раскопок говорили о том, что, видимо, о ней все давно забыли: каменотесы поленились унести от чужой усыпальницы щебень, выбиваемый из скалы, и сваливали его сначала на вход в усыпальницу Тутанхамона, а позже — и поверх него. Жрецам же, неусыпно охранявшим входы, это оказалось на руку, по* скольку меньше оставалось вероятности, что грабители вспом-нято богатой гробнице. А если и вспомнят, перелопатить столько щебня, чтобы влезть в могилу, врагу не пожелаешь. Потом о гробнице забыли и сами жрецы… А позднее над этой гробницей построили дома для рабочих, трудившихся в Долине, тем самым окончательно похоронив и «засекретив» место усыпальницы юноши-фараона.