Под международно-правовым признанием государств в теории права принято понимать односторонний добровольный акт государства, в котором оно заявляет о том, что рассматривает другое государство как субъект международного права.

В международном праве существуют две теории признания: конститутивная и декларативная.

Конститутивная теория заключается в том, что только признание придает адресату признания соответствующее качество: государству – международную правосубъектность, правительству – способность представлять субъект международного права в межгосударственных отношениях. Признание обладает правообразующим значением: только оно конституирует (создает) новых субъектов международного права. Без признания со стороны группы ведущих государств новое государство не может считаться субъектом международного права.

Декларативная же теория заключается в том, что признание не сообщает адресату соответствующего качества, а лишь констатирует его появление и служит средством, облегчающим осуществление с ним контактов. Иными словами, признание носит декларативный характер и направлено на установление стабильных, постоянных международных правоотношений между субъектами международного права. То есть признание лишь констатирует появление государства, при этом неважно, сколько стран признали его [6].

Выделяют также две формы официального признания: де-факто и де-юре

Признание де-факто характеризуется как неполное, оно выражает неуверенность в том, что данное государство или правительство достаточно долговечно или жизнеспособно. Оно в принципе может повлечь за собой установление консульских отношений, но не носит обязательный характер, в то время как признание де-юре является полным и окончательным. Оно обязательно влечет за собой установление дипломатических отношений. В любом случае считается, что установление дипломатических отношений означает признание де-юре.

Признание де-юре – полное и окончательное. Оно предполагает установление между субъектами международного права международных отношений в полном объеме и сопровождается, как правило, заявлением об официальном признании и установлении дипломатических отношений [7].

На современном этапе развития международного права следует отметить, что институт признания не кодифицирован: его образует группа международно-правовых норм (главным образом обычных), которые регулируют все стадии признания новых государств и правительств, включая юридические последствия признания. В международных договорах содержатся лишь отдельные нормы о признании.

Любая страна в отношении непризнанных государств, если она стремится оставаться в рамках международного права, может себя вести следующим образом:

Во-первых, у нее есть полное право признавать или не признавать новообразование. Государство само определяет обоснованность и формы признания. Это должно происходить с учетом собственных интересов и требований реальной политики.

Во-вторых, недопустимо вмешиваться в процесс самоопределения, тем более прибегать к вооружённой агрессии [8, с. 256].

В таком случае, признание Россией Абхазии и Южной Осетии вполне вписывается в эту политику. Для этого, помимо формального права, имеются и веские политические основания.

– Прежде всего, следует обеспечить гуманитарные права населения, в том числе российских граждан.

– Кроме того, необходимо не допускать у наших границ нестабильности. Для этого необходимо придать официальный статус их правительствам, уже в некоторой мере легитимированным на международной арене.

Таким образом, любая суверенная страна для признания того или иного самопровозглашённого государства полноценным членом международного сообщества должна исходить из того, что в данном случае у неё есть полное право признавать или не признавать такое образование. То есть юридически с точки зрения равноправия народов – это не только право, но и обязанность. Любое государство должно само анализировать реальные параметры государственности самоопределившегося новообразования, определять обоснованность, разновидности, формы признания и т. д.

И всё это должно происходить с учетом собственных интересов, задач, требований реальной политики, в контексте данной конкретной сложившейся ситуации с непризнанным государством.

Перечень современных непризнанных государств в научных публикациях довольно велик. В него входят: Приднестровская Молдавская Республика (ПМР), Республика Абхазия, Республика Южная Осетия, Нагорно-Карабахская Республика (Арцах), Китайская Республика на Тайване, Турецкая Республика Северного Кипра и Косово. Часто к этой когорте «семи непризнанных» добавляют Республику Сомалиленд, Тамил Илам (на Цейлоне), а в последнее время – Исламское Государство Вазиристан, независимость которого была провозглашена в феврале 2006 г. боевиками-пуштунами (сторонниками Талибана) на территории северо-западного Пакистана. Изредка в этом же контексте упоминаются Южный Судан, Кашмир, Западная Сахара, Палестина, Курдистан и некоторые другие территории (например, экзотический Силенд) [9, с. 64].

Существование непризнанных государств европейской периферии напрямую связано с процессами дезинтеграции Советского Союза и Югославии и рядом этнических вооруженных конфликтов 1990-х годов, которые до сих пор не получили своего политического урегулирования. Непризнанные государства европейской периферии малы территориально, их население немногочисленно даже по европейским меркам. Явным лидером среди непризнанных государств по этим параметрам выступает Косово, лидеры которого контролируют сегодня территорию в 11 000 кв. км с населением около 2 млн. человек. Этнические албанцы составляют в крае значимое большинство, сербы, хорваты, венгры, турки, цыгане и другие этнические меньшинства – до 100 тыс. человек [9, с. 155].