Мы в ряде случаев убедились, что развитие контакта – испытание трудное. Элементарно может не выдержать психика. Тем не менее у многих, как они признавались, затем происходили изменения в лучшую сторону, нередко даже укреплялось здоровье. У кого-то реакция на установившуюся связь могла быть более или менее острой, более или менее драматичной. Когда я уже работал над этой книгой, встретил свою знакомую – обладательницу дара ясновидения, неплохого специалиста по гаданию на картах. Меня в ней поразили какой-то отрешенный вид, напряженный взгляд, словно человек прислушивается к чему-то в себе. «Похоже, во мне пробуждается связь с Космосом, – не стала скрывать она причину своего необычного состояния. – Для меня это мучительный процесс. Пока ничего не могу вам рассказать. Может, позже... Вы же знаете, как трудно это происходит...»

Вот еще несколько историй возникновения контактов, которые сохранились в моих блокнотах.

С жительницей Волгограда З. А. Бутенко, целительницей и ясновидящей, меня познакомила журналистка Инга Мартынова. Зинаида Алексеевна считала, что получила экстрасенсорный дар после клинической смерти при родах, но свою необычность отмечала с детства.

– Я всегда чувствовала себя не такой, как все, – рассказывала она при встрече. – Всегда хотела знать, как устроена та или иная вещь – например, кукла или машинка. При мне постоянно был молоток, и вот я им орудовала, разбивая игрушки, желая узнать, что у них внутри. В 12 лет я впервые ощутила в себе что-то необычное. Однажды мы, ребятишки, играя, перебегали дорогу в районе кинотеатра «Салют» в Волгограде, и я оказалась прямо перед грузовиком, несшимся с горы. Сделать что-либо было уже невозможно, и последнее, что я помню – капот надвигавшейся машины. Потом – провал, и я уже стою сзади машины, а меня обдает вихрь горячего воздуха, перемешанного с выхлопными газами. Я не могла ни перепрыгнуть машину, ни пролезть под ней, и все это на виду у всех... Тогда никто ничего не понял, а я и до сих пор не знаю, как такое могло произойти. Наверное, вмешался мой ангел-хранитель. А еще с детства я видела очень яркие, странные сны. Особенно запомнился мне один, как потом оказалось, вещий сон. Я держу в руках книгу. Она очень большая, прямоугольной формы, напоминает фотоальбом, обтянута дорогим материалом типа парчи красного цвета, у нее большая красивая золотая застежка, очень тонкой работы. На обложке название – «Книга жизни». Я открываю ее и начинаю листать. К моему удивлению, это был словно справочник жизни различных людей. Напротив каждой фамилии стояла дата рождения, затем дата смерти и причина ухода. Я не запомнила фамилий, наверное, потому, что среди них не было ни одной знакомой. Но на одной из страниц я неожиданно наткнулась на свою фамилию. В колонке «смерть» указано – «лето 1974 года, смерть при родах». Ладно, думаю, но со временем про этот сон забыла.

Минули годы, Зинаида вышла замуж в 19 лет. Мужа своего Валерия очень любила, и когда на ультразвуковом обследовании сказали, что первенцем будет мальчик, будущий отец так и засветился от гордости. В середине августа 1974-го подошел срок родов. Карета скорой помощи отвезла будущую молодую маму в родильный дом клинической больницы № 7 Советского района. Начало родов протекало нормально, Зина чувствовала себя хорошо, как чувствует себя в этом положении молодая здоровая женщина. Начались схватки, стремительно приближались роды, и вдруг прямо в родильном кресле Зинаида начала терять сознание. Последнее, что она слышала, был крик врача: «Мы ее теряем!»

Молодая женщина внезапно оказалась в другом пространстве, где время течет своим особенным чередом, – по ее словам, все происходило, как в замедленной съемке. Она увидела длинный тоннель, в который ее стало медленно втягивать. Вот Зинаида уже в тоннеле, ее несет со все нарастающей скоростью, тело, вытянутое солдатиком, покачивает, руки по швам. Сначала был страх разбиться о стены тоннеля во время поворотов, но потом Зина поняла, что кто-то невидимый контролирует ее движение, да и стены тоннеля были будто обиты мягкой тканью. В конце пути появился мягкий серебристый свет, он приближался. В Зинаиде проснулось непреодолимое желание слиться, раствориться в этом чистом свете. Вот и конец пути...

– Когда я влетела в этот свет, ко мне пришло осознание, что я в царстве мертвых, – продолжала Зинаида Алексеевна. – Там тоже были дома, жили люди, которых я когда-то знала в своей жизни, были и незнакомые. Их жизнь не была унылой, и хотя там было мало света, не так как на Земле, но было и какое-то чувство спокойствия, умиротворения. Сколько времени я была среди них по их меркам – не знаю. Но через некоторое время, меня «повели» наверх, в жизнь, из которой вырвали. Будто кто-то невидимый повелевал мной. Повинуясь мысленному приказу, я подняла голову и увидела белую лестницу, по которой должна была подняться, попрощалась со всеми и начала подъем. В конце пути над моей головой оказалась белая плита, которая сама отъехала при моем приближении. В образовавшийся просвет я увидела земную природу. Был день, шумел ветер, светило солнце. Я вышла на поверхность и оказалась... на кладбище. Осмотревшись, я увидела, что лестница, по которой я только что поднялась, вела из могилы с отъехавшей плитой. Как только я отошла, плита сама плавно встала на место. Я обратила внимание на памятник: на белом мраморе было написано много имен, указаны даты жизни и смерти. Надпись была сделана на незнакомом мне языке.

В этот момент Зинаида услышала телефонный звонок. Мозг стал лихорадочно работать, возвращая ее к реальности. Зина вспомнила, как ее увезли в роддом, значит, сейчас она в больнице. Но откуда в родзале телефон? Открыв глаза, женщина погрузилась во тьму. Постепенно начав привыкать к полумраку, Зина поняла, что находится в больничной палате. Но сколько прошло времени? Нянечка, заметив, что ее пациентка пришла в себя, побежала за заведующей. Та, войдя в палату, облегченно вздохнула:

– Привет с того света! Ну и как там?

Зинаиде рассказали, что во время схваток ее сердце остановилось, она перенесла клиническую смерть. Врачи извлекли малыша при помощи вакуума, а затем в течение часа двадцати минут пытались вернуть ее к жизни электрошоком. В течение трех суток она находилась в палате смертников, ее тело подавало лишь слабые признаки жизни. Малыш, которого впоследствии назвали Володей и которому сейчас уже больше 30 лет, родился здоровым крепышом, но врачи в суматохе забыли о ребенке, и все это время с ним возился 20-летний практикант медучилища, присутствовавший при родах. Он держал малыша на руках, согревая его маленькое тельце.

Как утверждает Зинаида, опыт умирания позволил ей коренным образом измениться.

– Невозможно вернуться оттуда и остаться прежним, – рассказывает Зинаида, – теперь я стала понимать, как драгоценно время, проживаемое нами на Земле, ведь только здесь мы можем накопить какой-то опыт, приобрести знания и навыки. И еще я поняла, что в мире нет хаоса. Во Вселенной существует гармония, порядок, и для того, чтобы человек пришел в мир, целая Вселенная должна дать согласие на его рождение. Небесная канцелярия, если можно так сказать, просчитывает, будет жить эта душа в бедности или богатстве, счастье или трудностях. А мы, приходя сюда, соглашаемся с этими предписаниями и поэтому не должны терять ни минуты нашей земной жизни.