На другой день наместник призвал к себе Аидая и, сверкая глазами, сказал:

— Что же ты болтал про озеро Ласы, будто оно высохло!

— Великий наместник! Я сделал так, как ты хотел. Ведь ты приказал мне сказать тебе неправду, — спокойно ответил Аидай.

Не мог смириться наместник Му Тянь с тем, что Аидай умнее и хитрее его. Однажды он сказал Аидаю:

— В прошлый раз ты не дал мне времени подумать над твоими словами. Если бы ты сразу не убежал, я бы догадался, что это неправда. А теперь, если ты такой умный, заставь меня подняться по этой лестнице. Сделаешь так, и я признаю, что ты умнее меня.

— Наместник Му Тянь, — ответил Аидай, — заставить тебя подняться по лестнице вверх я не могу. А вот сделать так, чтобы ты спустился с лестницы вниз, сумею. И часа не пройдет, как слезешь.

— Десять дней буду сидеть наверху и не слезу. Слуги накормят и напоят меня. Посмотрим, что ты будешь делать!

Слез Му Тянь с паланкина и, тяжело отдуваяясь, взобрался по лестнице. Но едва он встал на последнюю ступеньку, как внизу раздался смех.

— Му Тянь! Ты хотел, чтобы я заставил тебя взобраться по лестнице? Ты уже наверху! Теперь-mo признаешь, что ты глуп?

Аидай ушел, а Му Тянь от досады не мог возразить ему ни слова.

Шел однажды Аидай мимо дома наместника и услышат: тук-тук, тук-тук, тук-тук-тук-тук-тук. Это слуги наместника толкли во дворе рис. Аидай нахмурил брови, изобразил на лице скорбь, вбежал в дом Му Тяня и испуганно закричал:

— Наместник Му Тянь! Наместник Му Тянь! Дело плохо! Это не к добру!

— В чем дело? — спросил наместник.

— Ты послушай! Ты только послушай, что выстукивает ступка!

Со двора доносилось: тук-тук, тук-тук, тук-тук-тук-тук-тук. Наместник прислушался, но, кроме стука, ничего не услыхал.

— А тебе что слышится? — с тревогой спросил наместник.

— Я не могу сказать, боюсь — ты накажешь меня.

— Не бойся, говори!

А со двора продолжало доноситься: тук-тук, тук-тук, тук-тук-тук-тук-тук. Аидай начал в такт ударам напевать:

— Му Тянь, Му Тянь разорится вдруг; Му Тянь, Му Тянь разорится вдруг.

Потом Аидай помолчал минутку. Со двора доносилось: тук-тук, тук-тук, тук-тук-тук-тук-тук. Аидай снова начал напевать:

— Ты слушай, слушай, Му Тянь! Му Тянь, Му Тянь разорится вдруг; Му Тянь, Му Тянь разорится вдруг.

Чем дальше слушал наместник, тем явственней ему чудилось: "Му Тянь, Му Тянь разорится вдруг".

— Неужели я могу разориться? — пробормотал он. — Неужели это — предзнаменование!

А во дворе слуга продолжал толочь рис: тук-тук; тук-тук… Теперь Му Тянь не сомневайся. — ведь действительно слышится: "Му Тянь, Му Тянь разорится вдруг: Му Тянь, Му Тянь разорится вдруг".

Разозлился Му Тянь. Злоба чуть не задушила его. Он закричал на Аидая:

— Убирайся отсюда вон!

Побежал Му Тянь во двор и приказал немедленно выбросить на улицу ступку и пестик. Ругаясь на чем свет стоит, вбежал он в спальню и свалился на кровать. От негодования Му Тянь задыхался.

Аидай давно обещал беднякам добыть ступку и пестик. Вернулся он домой и сказал соседу:

— На дороге лежат новая ступа и пестик, иди и принеси.

Когда сосед вернулся, Аидай созвал бедняков и рассказал им, как он заставил наместника отказаться от ступы и пестика. Бедняки долго смеялись.

Широкую известность в Китае и за рубежом получил состоящий исключительно из мужчин лицзянский ансамбль, который исполняет, как сейчас принято говорить, аутентичную старинную музыку. Его еще называют "оркестром долгожителей". Самодеятельный коллектив объединяет в основном пожилых людей, большинству из которых уже за 70 и 80 лет. Он был образован в 1978 г. и даже выезжал в Европу (1995 г.). К сожалению, ансамбль в силу объективных причин ежегодно теряет одного-двух исполнителей.