Ганнибал надеялся взять город с первого приступа, пока на помощь Сагунту не подошли римские легионы, но укрепления оказались слишком мощны. Штурм, начатый без объявления войны, был отбит; сам Ганнибал ранен дротиком в бедро. После этой неудачи пришлось перейти к правильной осаде крепости. Ганнибал окружил город рвом и стеной и регулярно посылал войска на штурм. Осажденные отбивались. Осада длилась так долго, что некоторые испанские племена — ориссы и карпетаны — подняли мятеж, недовольные массовым набором в армию. Все же мятеж был подавлен, а Сагунт после восьми месяцев осады взят.

Овладеть городом удалось только потому что карфагеняне намного превосходили по численности жителей Сагунта, а римляне не вмешивались в происходившие события, занятые войной с иллирийцами. Сагунт оказался брошен Римом, а ведь его жители, начиная войну с Ганнибалом, рассчитывали только на помощь римлян. Бросив сагунтианцев на произвол судьбы, римляне совершили непоправимую ошибку. Войну с Ганнибалом они могли вести в Иберии, теперь она докатится до южной оконечности Италии; война, как лавина, пронесется по италийской земле.

История взятия Сагунта ярко описана Аппианом. По его словам, многие жители города предпочли покончить с собой, нежели покориться врагам. Они бросались в огонь, прыгали с крыш домов, накидывали на себя петли или пронзали себя мечом. "Золото и серебро, которое было у них, государственное и частное", сообщал историк, они собрали и "сплавили его со свинцом и медью, чтобы сделать его бесполезным для Ганнибала". Тем не менее захваченная добыча была велика. Часть ее отослали в Карфаген. Это задобрило партию мира. Все взрослое население города Ганнибал якобы приказал убить. Сам город позднее был вновь отстроен и стал пунийской колонией. Ее назвали Карфагеном-Спартагеной.

По мнению современных историков, римские авторы намеренно фальсифицировали тогдашние события. "Вероятно, только сообщение о создании пунийской колонии в какой-то степени соответствует у Аппиана действительности; все же остальное плохо вяжется с тем, что известно об осаде Сагунта", — полагал И.Ш. Шифман. После взятия Сагунта репрессиям подверглись в основном сторонники римлян: их перебили или обратили в рабство.

В 214 году до нашей эры римляне отвоевали Сагунт и полностью восстановили его, совершив "исключительную по значимости политическую демонстрацию" (И.Ш. Шифман).

Тотчас после получения известия о судьбе Сагунта римляне направили посольство в Карфаген. Послы потребовали немедленно выдать Ганнибала. Даже самые боязливые из сенаторов слушали эти речи в смущении: никто еще не отваживался так говорить с властями Карфагена. Никто не мог судить карфагенских граждан! Это — суверенное право самой Республики.

По легенде, приводимой Аппианом, война была объявлена так. Один из послов, Квинт Фабий Максим, будущий диктатор, выступая в карфагенском сенате, был встречен насмешками. Тогда он, "указав на складки тоги на груди, сказал: "Здесь я ношу для вас, карфагеняне, мир и войну; выбирайте, что из этих двух вы хотите". Они ему в ответ: "Что ты сам хочешь, то и давай". Когда он предложил им войну, они все в один голос воскликнули: "Принимаем!"

"Рим не объявлял войны, но сделал ее неизбежной, — подводил итог этим переговорам французский историк Ш.А. Жюльен. — Под предлогом возможного нападения карфагенян на Италию он начал превентивную войну, лицемерно прикрывая свой военно-политический империализм". Таким образом, Карфаген с самого начала имел моральное преимущество.

Римский же историк Тит Ливий предварял рассказ об этой войне следующими словами: "Никогда еще более мощные государства и народы не поднимали оружие друг против друга, и сами они никогда еще не достигали такой силы и могущества".

Тем временем Ганнибал вернулся с армией в Новый Карфаген на зимние квартиры. Все понимали, что война только начинается. В ее топку брошен первый город.

В Риме тоже обдумывали план будущей войны. С завоеванием Сицилии южная граница римских владений отделялась от Африки всего лишь узким морским проливом. Очевидно, карфагеняне вновь вторгнутся на Сицилию и примутся нападать на южные берега Италии. Само географическое положение указывало обеим враждовавшим странам тот театр, где развернутся основные военные действия. Можно было и угадать ход войны. Теперь римский флот царил в Средиземном море. Карфагеняне так и не восстановили свой флот после первой войны. Следовало ожидать, что римляне постараются высадить десант на берегу Африки и поведут наступление на Карфаген. События в Испании, где оставался Ганнибал со своей армией, никак не будут влиять на ход войны. Ганнибал собрал большое войско, но ему не с кем воевать, а дойти до Италии невозможно. Северные горы — Альпы — не перейти с армией.

В 220 году до нашей эры Рим при населении в 3 750 тысяч человек был в состоянии мобилизовать около 750 (Полибий) или даже 800 тысяч солдат (Тит Ливий). В то время Рим во всех отношениях превосходил Карфаген. Рим располагал огромной, мощной армией, привыкшей к победам, сильным флотом и немалыми денежными средствами. После Первой Пунической войны серьезно изменилось геополитическое положение Италии. Теперь Сицилия и Сардиния защищали италийское побережье от нападений с моря; в то же время с территории этих островов можно было совершать вторжения в Африку. Собственно, так римляне и планировали вести войну с Карфагеном, если она состоится: отразить нападение с моря и высадить близ вражеской столицы крупный десант. Основные силы карфагенян находились в Иберии, а Карфаген был почти беззащитен. Его охраняла лишь небольшая армия численностью в 20 тысяч человек. Со времени заключения последнего мира с римлянами в самом Карфагене не готовились к новой войне. Ганнибал начал войну на свой страх и риск.