Гамар верхом на единороге объезжал строй.

– Мы довольно сидели на одном месте. Сегодня дорога открылась – перед нами великие горизонты! Нас ждут великие дела! – Голос военачальника разливался по площади, таял в холодном утреннем воздухе.

Воины переговаривались, кивали головами на скалы за Виландором. Ущелья с площади видно не было, но все знали, что отправляются именно туда.

Солнце подсветило край небосвода, и сиреневыми пятнами обозначились на нем облака. Прискакал гонец от Хамрака. Гамар выслушал его, обернулся к солдатам:

– Выступаем!

Строй дрогнул, рассыпался, но быстро собрался, превратившись в походную колонну. Корпуса Гамара и Халхидорога покидали Виландор.

Крестьяне вывалили на улицу, как на праздник. Солдаты съели все их запасы, оставив только самое необходимое для посева, и теперь виландорцы радовались, что армия уходит. Значит, исчезнут и голодные твари на равнине, и опасные дракуны в небе, можно будет спокойно жить и трудиться.

Орлог стоял, нахмурившись. С отступлением гхалхалтаров он терял многих посетителей.

Халхидорог остановил взгляд на мастере. Конь под гхалхалтаром шел вслед за корпусом, а он, не отрываясь, смотрел на трактирщика и сквозь него. Там, за затворенной дверью была она. Спит? Нет. Смотрит в окно.

Он надеялся, что она вдруг покажется, что он ещё успеет поговорить с ней. Но нет, она не выйдет. Конь поравнялся с мастером Орлогом и прошел мимо. И вдруг Халхидорог понял, что настала самая решающая минута. Он заколебался, взглянул на широкоплечую фигуру Гамара впереди, потом обернулся к трактиру. Все кончено. Нет, ещё нет. Через несколько минут, когда он выедет из Виландора, все будет действительно кончено, но не сейчас. И Халхидорог вдруг остановил коня. Солдаты продолжали идти дальше, не обращая внимания на своего начальника, ведомые Гамаром.

Халхидорог направил скакуна к трактиру. Мастер Орлог, заметив это, расправил морщины на лбу, улыбнулся – он был многим обязан гхалхалтару и боялся в последний момент упустить пять сундуков, заботливо хранящиеся в сухой лавке.

– Здравствуйте, ваша милость. Кружечку эля на дорожку?

Халхидорог, не расслышав вопроса, кивнул, соскочил с коня, и быстро вошел в трактир. Он заметил, как мелькнуло на лестнице платье и тут же скрылось. Да, она стояла у окна и смотрела. Халхидорог замер. Снаружи уходили корпуса, и он должен был быть там – за отлучку его могли снять с поста командующего. Но она здесь, совсем рядом! Мастер Орлог поспешил на кухню, желая угодить гхалхалтару и не задерживать его. Халхидорог стоял, раскачиваясь, словно ища землю под ногами и не находя её.

– Побольше пряностей, поменьше?

Халхидорог вздрогнул:

– Все равно.

Мгновение. За окном прошел ещё один ряд колонны.

Халхидорог вдруг сорвался с места, кинулся по лестнице наверх. Осерта стояла, облокотившись на перила и прислушиваясь. Она шарахнулась в сторону. Перепрыгнув пять ступеней, он налетел на нее, прижал к себе.

– Я вернулся! Сейчас! Едем, едем!

– Не понимаю, – она попыталась отстраниться.

– Едем. Скорее, скорее! – Халхидорог подхватил её на руки. – Я обещал увезти тебя. Я сделаю это.

Она широко раскрыла глаза, не веря своей догадке.

– Ты покинул армию?

– Нет, я дал слова больше не убивать людей.

Он скатился с лестницы. Орлог был ещё на кухне.

– Подожди, а как же мастер?

Гхалхалтар остановился.

– Он меня приютил. Я не могу…

Халхидорог растерялся, неловко шагнул в сторону, словно опять потерял опору.

Мастер Орлог вышел из кухни, застыл в дверях с кружкой в руках, увидев военачальника с Осертой.

Халхидорог метнулся к двери.

– Пусти, подожди!

– Я похищаю тебя!

Он выскочил на улицу. Крестьяне с удивлением уставились на опоздавшего, отставшего от колонны гхалхалтара с девушкой. Он закинул её на седло и через мгновение вскочил сам, дернул поводья. Мастер Орлог выбежал из трактира, но остановился – пять сундуков сковали его. Он не попытался остановить удаляющегося всадника, увозящего его работницу.

Халхидорог летел, нагоняя отряд, который темной полосой стелился по равнине к ущелью. Ветер бросался ему в лицо, волосы Осерты застилали ему глаза. Упоенный скоростью, он подгонял коня, и водянистый, тающий снег брызгал из-под копыт.

– Я увезу тебя далеко-далеко! Увезу!

Ветер относил его слова, и она плохо понимала, что он говорит.

– Отец отпустил тебя! Видишь, он не погнался! Мы ещё вернемся, и ты встретишься с ним!

– Вернемся? – Она обернулась к нему. – Когда? Когда у вас будет достаточно сил, чтобы уничтожить всех людей?

Он замотал головой, хотя вдруг понял, что она права…